Галина Радаева: Франчайзинговый бизнес и законодательные изменения

Конфликт между управляющей компанией Dodo Brands и франчайзи Евгением Ткачевым находится в активной стадии. В ноябре были закрыты пиццерии «Додо Пицца»  в Ярославле, в настоящее время выставлены на продажу пиццерии в Москве. 

К сожалению, подобные ситуации во франчайзинговых отношениях далеко не редкость. При этом, по мнению экспертов, во многих случаях конфликта между франчайзером и франчайзи можно избежать, если правильно составить договор или внести корректировки в законодательство. От этого выиграют все стороны договора и франчайзинговый бизнес в целом. 

О том, какие законодательные изменения сейчас необходимы в этой сфере, рассказала Horeca.Estate Галина Радаева - руководитель Центра развития франшиз и нематериальных активов Московского регионального отделения «Деловая Россия»,  общественный уполномоченный и руководитель группы по франчайзингу аппарата Уполномоченного по защите прав предпринимателей в г.Москва, основатель  и генеральный директор УК «ПРОФРАНШИЗЫ». 

Галина, какие изменения в законодательстве назрели сейчас, чтобы урегулировать отношения между франчайзи и управляющей компанией (франчайзером?)  

Начнем с того, что в российском законодательстве до сих пор нет понятия ни системы взаимоотношений франчайзинга, ни критериев отнесения к сторонам подобных отношений. Отношения между сторонами («франчайзер» и «франчайзи») регулируются только договором, а именно, главной 54 Гражданского Кодекса «Коммерческая концессия». 

ГК РФ Статья 1027. Договор коммерческой концессии

По договору коммерческой концессии одна сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау)

Суть (и преимущества) франчайзинга для франчайзи состоит в том, чтобы получить возможность развить свой бизнес, используя известный бренд. Франчайзи получает доступ к уникальным технологиям и инструментам и не несет первоначальных расходов на раскрутку бренда. Взамен франчайзи уплачивает паушальный взнос  и роялти. 

Нюанс в том, что договор коммерческой концессии (ДКК) на текущее время хорошо защищает франчайзера, а не пользователя (франчайзи). В ГК РФ понятие ДКК вводились в тот период времени (2010-2011 годы), когда франчайзинговый бизнес только получал развитие в нашей стране, и надо было защитить правообладателя (франчайзера). На сегодня ситуация изменилась, рынок франчайзинга проходит очередной виток своего развития. Пришло время учитывать права франчайзи, а не только их ограничения, как это принято сейчас.

В мировой практике, помимо договора коммерческой концессии, существуют окологосударственные структуры. Они фиксируют данные по работе франшизы: от финансовых показателей до фактов работы с франчайзи, всего около 20 показателей.

У нас же «цифровой след» франшизы по факту отсутствует, а закрепленную норму в ГК на регистрацию договора ДКК в Роспатенте выполняют порядка 30% всех франшиз. Есть рейтинги, они частные и не полные по данным. К примеру, узнать, сколько реально работающих точек, почему точки не работают или расторгаются ДКК (уходят франчайзи) - невозможно.

Франчайзинговые отношения подразумевают высокий уровень коммуникаций между сторонами. Дело в том, что франчайзер рискует своей деловой репутацией (и деньгами), если предприятие, работающее по франшизе, не будет соблюдать стандарты работы бренда. В частности, франчайзер несет субсидиарную ответственность перед конечным потребителем совместно с пользователем франшизы (франчайзи). Это значит, что франчайзер должен оказывать франчайзи  технические, обучающее и консультативное содействие, а также имеет право контролировать исполнение стандартов со стороны франчайзи. 

К сожалению, иногда франчайзеры допускают две крайности: в первом случае они думают не о конечном потребителе, а о том, как заработать быстрее на паушальном взносе. В этом случае франчайзи приходится решать много вопросов, которыми должен заниматься франчайзер. Другая крайность связана с излишним контролем франчайзи, который не дает ему возможность спокойно работать. 

Все это становится возможным по той причине, что, согласно нормам о ДКК, закрепленным в Гражданском Кодексе РФ, у франчайзи не прописаны права, а есть только обязанности. Это неправильно, поскольку ставит стороны в неравные отношения. На основании закона франчайзер может всегда составить договор в свою пользу. 

Допустим, законодательство сейчас защищает франчайзера. Но разве франчайзи не может прописать в договоре более выгодные для себя условия, которые бы при этом не противоречили законодательству? 

Конечно, закон не запрещает франчайзи предложить свой вариант договора, в котором у него были бы не только обязанности, но и права (все, что не противоречит законодательству, разрешено). Но, к сожалению, не все франчайзи понимают важность нормы о своих правах, когда хотят приобрести выгодный для них франчайзинговый бизнес. С другой стороны, франчайзер обычно заинтересован в том формате договора, который предлагает действующее законодательство, расценивая расширение прав франчайзи как ущемление своих собственных прав. В результате стороны подписывают договор, в котором изначально у франчайзера максимально сильная позиция, и он может этим злоупотреболять. Как следствие - любой нерешенный конфликт подрывает доверие к самому инструменту франчайзинга. 

Примеров немало, но них не говорят открыто. Конфликты внутри сетей между франчайзером и франчайзи решаются закрыто, как между хозяйствующими субъектами, в крайнем случае, в суде. Одно из громких дел 2019 года - это провальная бизнес модель в ряде регионов франшизы Domino's Pizza, когда несколько франчайзи не смогли капитализировать свои инвестиции, потеряли время и деньги.

Сейчас уже очевидно, что пришло время законодательных изменений в отношении франчайзинга. 

И такой законопроект уже есть?

Законопроект готовили коллеги еще в 2014 году, но он не прошел в Госдуму. В декабре 2021 года я инициировала заседание Рабочей группы при Уполномоченном по защите прав предпринимателей. На Рабочей группе присутствовал и Борис Нуралиев, который и ввел в ГК РФ  главу 54. На встрече мы рассмотрели как основные проблемы франчайзингового бизнеса так и вопрос о законотворчестве: будет ли это внесение изменений в ГК РФ или отдельный законопроект будем решать уже при проработке и нахождении оптимального решения. 

Основные изменения (дополнения) в нашем законопроекте сводятся к следующему: 

  1. Первое, что надо сделать - это вынести в правовое поле само определение франчайзинга, также закрепить в законодательстве понятие франчайзера и франчайзи и еще ряд понятий, существующих на рынке и относящихся к франчайзингу.
  2. На протяжении 15 лет наше законодательство защищало фактически только интересы франчайзеров. Настало время подумать о франчайзи. Это самое важное на сегодняшний день. Соответственно, необходимо установить перечень объемов прав и обязанностей как для франчайзера, так и франчайзи. Более того, необходимо установить равный объем прав и обязанностей сторон договора, насколько это возможно. Это станет хорошей гарантией для партнерских долгосрочных отношений. 
  3. Обязать стороны прописать в договоре пункт о медиации. Это очень важно. Если есть конфликтная ситуация между хозяйствующими субъектами, то, прежде чем обращаться в суд (что дороже и дольше по времени), стороны должны попытаться достичь медиативного соглашения с привлечением профессионального медиатора. Есть большая вероятность того, что две стороны могут друг друга услышать с помощью третьей стороны, и найти компромиссный вариант. В Европейских странах, даже в Казахстане, уже действует такая норма.
  4. Количество проверок со стороны франчайзера. Конечно, мы не можем закрепить законодательно частоту проверок, поскольку это внутренние взаимоотношения хозяйствующих субъектов. Однако мы можем создать определенные «направляющие». Например, законом может быть прописано, что «частота проверок не менее 1 раза в месяц, но в случае нарушений стандартов со стороны франчайзи  частота проверок может быть увеличена, но не чаще , чем…». Если условий для дополнительных проверок нет, то это рассматривается как предвзятость. А расторжение договора ДКК возможно в случае, когда франчайзи не предпринимает действий на исправления.
  5. Условия для выхода из бизнеса франчайзера или франчайзи.
  6. Информация о франшизе, подлежащая раскрытию в открытом доступе: количество франчайзи, темпы открываемых точек, финансовые показатели точек и др. 

Это основные моменты, на которые я хочу обратить внимание.  Думаю, что решение вопроса, регулирующего взаимоотношения франчайзи и франчайзера, может занять 1-2 года.

Хочу отдельно подчеркнуть: у нас нет цели как-то «ущемить» права франчайзера. Известно достаточно много случаев, когда франчайзи приходит в бизнес с тем расчетом, что франчайзер будет делать все сам, а франчайзи будет только выплачивать паушальный взнос и роялти. Но это так не работает. Без активного участия франчайзи точка не заработает. Логично, что франчайзер опасается, что недобросовестный франчайзи нарушит стандарты бизнеса, что приведет финансовым и репутационным потерям. Именно поэтому франчайзеры хотят держать франчайзи в «ежовых рукавицах». Но это не выход. Оптимальным решением будет как раз установление равного объема прав для сторон и досудебная медиация в случае споров. 

«Додо Пицца». Комментирует Евгений Ткачев

 - 24 января 2022 года в Арбитражном суде Москвы состоится второе заседание в Арбитражном суде (17 ноября 2021 года были предварительные слушания). В суде будет рассматриваться иск с нашей стороны о признании расторжения договора недействительным. Иск касается пиццерий в Ярославле, которые не работают под брендом «Додо Пицца» с 1 ноября 2021 года. 

Технически договор между правообладателем и франчайзи сделан в пользу правообладателя. На примере нашей ситуации стало очевидным, что предприниматель может вложить большие средства (силы, время, труд, деньги), но через некоторое время - остаться безо всего. Просто потому, что у правообладателя изначально сильная позиция в договоре. Позиция Управляющей компании Dodo Brands, конечно, может негативно повлиять на отношение потенциальных франчайзи и их инвесторов к франчайзинговому бизнесу

В моем случае правообладатель нанес сильный ущерб мне как франчайзи. Кроме того, около 40 сотрудников  находятся под угрозой потери работы. И это в разгар кризиса.  Сейчас я не увольняю сотрудников, плачу всем зарплату, но работаю с операционным минусом. 

Конечно, пиццерия может работать без вывески Додо. Мы, в частности, так и делаем: поскольку пока не можем себе позволить демонтировать вывески, мы их закрыли пластиком, внутри также убрали всю информацию о Додо. Работаем на доставку. Но каждый день теряем деньги. 

Я выставил на продажу 4 пиццерии в Ярославле за 150 млн. рублей.  Это вполне нормальная цена. Однако из-за конфликта и из-за потери репутации со стороны Додо эти пиццерии наверняка будут стоить дешевле.  К тому же не забываем об операционных издержках. Пиццерии в Ярославле были отключены от программы Додо в ночь с 31 октября на 1 ноября, хотя технически мы находились на стадии переговоров (у нас встреча была запланирована на 10 ноября). Поскольку отключение произошло перед праздником, то только наши потери по продуктам составили несколько миллионов. Так что если не брать в расчет стоимость активов, то только наши убытки по продуктам, ФОТ, аренде, коммунальным платежам к середине декабря составили уже около 10 млн. рублей. И эта цифра с каждым днем меняется в сторону увеличения ущерба. 

Надеюсь, что через суд мне удастся компенсировать ущерб. Понятно, что если сейчас пиццерии продавать не как бренд «Додо Пицца», то их стоимость будет меньше в разы. При этом я вложился в раскрутку этого бренда. 


 

Вконтакте подписка

Популярное

  • Неделя

  • Месяц

  • Все